Защита инвестиций

День 0
Сегодня я получил своё первое самостоятельное задание. Отлично! Это та возможность, которой я долгие годы добивался, прилежно учась и тяжело работая. Один из фермеров, кредитуемый нашим банком «Новые горизонты», подобрался слишком близко к полной выплате долга. Анализ его счетов и оборотов показал, что он может произвести последнюю выплату в течение двух-трёх лет. А если займёт некоторую сумму у друзей, то ещё раньше. Департамент защиты инвестиций, и я в частности, должен позаботиться о благосостоянии наших акционеров,и не дать ему этого сделать. В противном случае он может уйти вместе с фермой в открытый океан. Тогда страна потеряет ценного поставщика продовольствия. А банк потеряет источник дохода — морскую ферму, в которую вложено много денег и труда.
У меня есть остаток дня на подготовку и сборы, завтра в море. Согласно досье, фермер Сергей Семёнов имеет жену и несколько детей, на них не распространяется политика ограничения рождаемости. Это его вторая ферма. Первую он точно так же едва не выплатил, но вовремя принятые меры предотвратили ущерб. Во время выплаты обоих кредитов он не изъявлял намерения вкладывать деньги в дополнительные средства механизации и товары повышенного комфорта. Какой прокол нашего отдела по работе с клиентами! Не могли впарить им пару роботов – сборщиков мидий или скоростной катер! Это бы отсрочило окончательный расчёт на несколько лет. А нам теперь отдуваться!
Нужно вручить ему извещение о том, что банк требует досрочного погашения долга и проследить, чтобы фермер и его семейка не нанесли ферме ущерб. Это задача непростая, но я недаром получал отличные отзывы на всех практических занятиях. Образованный человек, знающий своё дело, добьётся своего. И так будет лучше для всех, включая этого Семёнова, тупого работяги.

День 1
Я выбрал правильный катер. Лёгкая скоростная модель со спиртовым двигателем доставила меня на ферму 115-32 за каких-то три часа. Найти её было нетрудно, так как хотя фермеры и любят дрейфовать туда-сюда, у всех установлен радиомаяк с позиционирующим устройством и передатчиком. Демонтировать его или обесточить невозможно — он намертво соединён с двигателем. Наша служба слежения сразу же поднимет тревогу, если ферма приблизится к границе патрулирования.
Семёнов мне не понравился, как и двое его сыновей. Широкие в плечах и мускулистые, они бы очень смешно выглядели в городе, где каждый сантиметр пространства на учёте. Было очевидно, что их совершенно не затрагивал продуктовый кризис и они не слыхали о талонах на питание. Пока я швартовался, они смешно махали руками и шагали в раскоряку, так что я едва сдерживался от смеха. Представить их в современной компактной квартире было достаточно для истерики, но я мужественно подавлял всхлипывания. Эти загорелые гориллы к тому же очень громко разговаривали, они почти оглушили меня, когда спросили, кто я такой и чего мне нужно.
-Опять! – заорала на меня главная горилла. –Опять банк хочет забрать мою ферму!
-Нет-нет, что Вы, — сказал я. – Ни в коем случае. Просто у нас нет уверенности, что в ближайшее время Вы будете в состоянии производить выплаты по расписанию. На Вас ведь подали иск, и грозят серьёзные штрафы.
-Кто-то отравился устрицей! А я-то причём? В прошлый раз это был краб. Но в итоге всё равно иск отклонили.
-Только благодаря усилиям нашего банка. Ведь мы дорожим нашими клиентами и не хотим, чтобы у них были трудности.
-Да уж. Банк вмешался, только когда моя ферма была уже продана с аукциона за ничтожную сумму. Мне почти ничего не досталось, хватило только на первый взнос для новой фермы.
-Я очень сожалею, но у нас свои процедуры, которые требуют времени. Мы стараемся, как можем, но сами понимаете, бюрократия… – быстро ответил я. В большой организации всегда можно свалить вину на других, это один из популярнейших приёмов нашего департамента. – Кстати, о процедурах, наши правила требуют, чтобы я пробыл тут все десять дней. Пока Вы не выплатите остаток кредита, либо не передадите ферму для аукциона.
-Что?- заорал деревенщина. – Ко мне послали надсмотрщика, чтобы я не разворовал свою же собственную ферму?!
Мне стало слегка не по себе, такой бугай зашибёт и не заметит. А его сынишки ему подстать. Я ощупал кобуру и убедился, что пистолет на месте. Это меня успокоило и придало какой-то отчаянной храбрости и даже чуть-чуть дерзости.
-Не волнуйтесь, это просто установленный порядок. Так сказать, для галочки. У банка есть акционеры, и они настаивают на соблюдении процедуры. Все десять дней я буду Вашим гостем, — и, смахнув невидимую пылинку с кобуры, добавил с нарочитым сожалением: -Хотим мы с Вами этого, или нет.
-Ребята, прекращаем работу на сегодня. У нас отбирают ферму. Позовите маму в столовую, я скоро приду. А Вас я прошу вернуться на свой катер и оставаться на нём. Мы подключим Вам электричество и воду, так что десять дней продержитесь.
-Позвольте, Сергей, мне нужна будет провизия. И я должен произвести инвентаризацию.
-Для Вас я Сергей Михайлович. Будете платить наличными. Мой счёт в банке наверно уже заморозили. На скидки не рассчитывайте. У нас, как Вы сами понимаете, каждая копейка на счету. А насчёт инвентаризации – это не моя проблема. Я не должен Вам помогать. Разбирайтесь сами, но в каюты и трюмы центральной секции мы вас не пустим – это наше личное пространство. Всего хорошего.
До темноты я успел пересчитать их ветряки, но определять их мощность и стоимость придётся завтра. Также прикинул площадь солнечных батарей. Ещё у них было три катера, дешёвки. Завтра будет трудный день, надо как можно скорее завершить инвентаризацию и проследить, чтобы они ничего важного не припрятали и не увезли.

День 2
Идея со скоростным катером была не очень хорошей. Каюта маленькая и тесная даже по городским стандартам. Готовить пищу не на чем, к тому же Семёнов потребовал за продукты такую цену, что мне пришлось давиться сухим пайком. Эти деревенщины даже не предложили мне стол и ночлег. И это их благодарность за всё, что мы для них делаем! Они тут, можно сказать, жируют на свежем воздухе, поедают деликатесы, а весь мир сидит в комнатушках и давится синтетическими кашами. Только немногие могут позволить себе настоящие овощи или морепродукты, не говоря уже о мясе. На пособие по безработице, которое получает девяносто процентов населения, особо не погуляешь. А чтобы заработать столько, чтобы остаток после налогов превышал пособие, нужно очень серьёзно трудиться и иметь хорошие способности. Как у меня, например.
Я не выспался, подкатывала морская болезнь. Хорошо, что я был полуголодный. А день предстоял трудный. Эти фермеры не имеют ни малейшего понятия о технике безопасности и эргономике. Ветряки ставят где попало, вместо того, чтобы сгруппировать их вместе для удобства учёта. Добраться до них тоже быле очень проблематично – приходилось перебираться с понтона на понтон и иногда пользоваться катером.
Солнечные батареи, плантации с водорослями и клетки со всякой морской живностью — ещё хуже. Их много, разных типов и размеров. Приходилось подходить вплотную и проверять вблизи. Один краб вцепился своей клешнёй в мой ботинок через решётку. Я едва не выхватил пистолет, но потом одумался, схватил какой-то багор и расколотил ему панцирь. Так им и надо.
За весь день я обошёл только половину. Но даже это было неплохо. Ферма была большая и очень неудобная, состояла из многих связанных секций, которые качались на волнах. Только центральная секция с жилыми помещениями была более-менее устойчивой. Но туда мне ходу не было. Даже с пистолетом я не чувствовал себя достаточно уверенным в себе, чтобы пойти туда. Ничего, там не могло быть особо ценного оборудования, которое можно увезти на их маленьких катерах. Ферментаторы и перегонные аппараты для спирта на них не поместятся. Что уж говорить о синтезаторе пластика из жмыха водорослей, который используется для изготовления новых понтонов и починки старых. Его корпус я заметил издалека, и можно не беспокоиться, что его незаметно утащат.
Всё это время мне никто не помогал. Только маячил какой-то пацан, видимо третий сын той гориллы. Весь в отца. Ну и ладно, зато я смог без помех незаметно разместить радиомаяки на самое дорогое оборудование. А заодно и на их катера. Надо быть начеку.
Интересно, где же они все, неужели сидят в своих каютах и бездельничают? Надо бы их заставить следить за фермой это оставшееся время, иначе в случае какой-нибудь поломки отвечать придётся мне.
Вернувшись вечером в свою каюту и кое-как разжевав сухой паёк, я проверил записи с локатора. Ага, они не бездельничали, а очень даже наоборот. Все три катера изъездили весь залив, посетили наверно всех соседей. Наверняка просили в долг, чтобы наскрести на погашение кредита. Наивные. Это уже предусмотрено, меры приняты заранее. У всех местных фермеров временно снижен лимит на все транзакции. Они не смогут ни перевести крупную сумму, ни снять наличные.

День 3
Инвентаризация в основном закончена, маяки расставлены. Осталась только центральная секция. Правда, расслабляться ещё рано. Надо убедиться, что Семёнов с семейкой не предпримет ничего глупого. Например, поджога, намеренного повреждения имущества или попытки увести ферму. Это было бы трагедией. Возможные повреждения плавбазы фермы и её оборудования, а также плата за привлечение патрульных катеров серьёзно повлияют на показатели нашего департамента. К тому же этот пейзанин настолько мне неприятен, что даже как-то жалко его стало. Ведь он и его отпрыски совершенно не приспособлены к жизни на суше. Зато они вполне пригодятся в качестве наёмных рабочих на этой ферме, когда она перейдёт в наше управление, или на любой другой. А попытка вредительства или угона фермы — это серьёзное преступление, за которое посадят и его самого, и его семейку, что было бы серьёзной потерей для нас.
Ближе к вечеру я кое-как уговорил пацана, следившего за мной, передать своему отцу, что я хотел бы поговорить с ним. Семёнов сам ко мне на встречу не торопился, видимо чувствует неловкость при общении с превосходящим его собеседником. Пацан бегал туда-обратно с посланиями несколько раз и в итоге мы договорились встретиться завтра утром.

День 4
Нет, я больше никогда не возьму лёгкий катер. Третью ночь подряд не смог нормально выспаться и поесть. И очень хотелось принять душ. Хорошо, хоть в пресной воде и электричестве недостатка не было. Я был благодарен нашим юристам, которые включили пункт об этом в стандартный контракт.
-Сергей…
-Михайлович, — проревел фермер.
-Сергей Михайлович, я обратил внимание, что вы с сыновьями прекратили обычную деятельность по поддержанию фермы в рабочем состоянии. Вы не обрабатываете водоросли и не подкармливаете крабов. А вместо этого тратите драгоценный спирт на поездки по заливу.
-А чего ради я буду стараться? Ферму у меня уже практически отобрали, зачем спину гнуть? А спирт мой, и не Вашего ума дела, что я с ним делаю.
-Формально Вы всё ещё хозяин фермы, но тут есть одно «но». Вы ведь не собираетесь на сушу? Вы хотите жить в море и наслаждаться его дарами? А от моего доклада зависит, предложит ли наш банк Вам работу.
-Вот ещё! Работать за нищенскую зарплату на своей же собственной ферме! Ищите дураков!
-Значит Вы захотите взять кредит на новую ферму. А так как «Новые Горизонты» — единственный банк с лицензией на кредитование морских ферм, то Вы обратитесь к нам. Как Вы думаете, захотим мы работать с Вами или нет? – про себя я уже решил, что порекомендую ни в коем случае не давать ему нового кредита. Таких клиентов немного, но они сильно влияют на наши показатели. Каждый из них раз в семь-десять лет вынуждает нас проводить такие операции, как сейчас, и нести при этом все сопутствующие расходы и риски. То ли дело другой типаж – постоянно обновляют ферму, закупают новые модели ветряков и роботов-сборщиков в счёт кредита. И живут в удовольствие, не перетруждаясь, и банку прибыль приносят до самой пенсии. Потом такого фермера мы списываем на берег, в какой-нибудь дом престарелых, а банк получает роботизированную плавучую продуктовую фабрику, где требуется лишь управляющий, да ремонтник.
-Ну да, я получу новый кредит, построю новую ферму, а через десять лет вы её опять заберёте?
-Ни в коем случае! Сейчас только чрезвычайные обстоятельства и временные финансовые затруднения банка заставляют нас отозвать кредит. В будущем такого не случится. Ну а я обещаю всемерную поддержку со своей стороны. Нам очень нужны такие надёжные клиенты, -господи, ну до чего же он туп, водить его за нос проще, чем сидеть на пособии. Судя по его просветлившейся физиономии, он мне поверил. Чтобы закрепить успех, я добавил: -К тому же не факт, что даже эту ферму придётся продать. Мы усердно работаем над этим делом. Уже есть кое-какие подвижки. Пока ничего определённого, но положение обнадёживающее.
-Правда? Спасибо Вам, дорогой… Как Вас зовут?
-Игорь, -пробормотал я, когда этот олух крепко, как медведь, обнял меня.
Приятно, чёрт побери, делать работу, за которую тебя действительно ценят. Пусть даже такой тупица, как этот Семёнов. Жаль только, что из-за отсутствия серьёзных трудностей этот выезд будет не очень ценным для моего опыта. Да и вознаграждение будет не таким большим. Но ведь можно же немного преувеличить, правда? Семёнову-то всё равно кредит больше не дадут, так что пара приписанных попыток порчи имущества ему не повредит.
-Знаешь что, Игорь, — медведь наконец-то меня отпустил. –Хочется сделать что-то хорошее для такого человека. Я должен как-то извиниться за неудобства и недоверие. Давай устроим праздничный ужин? Жена и дети будут очень рады. Мы иногда устраиваем праздники, делаем небольшие спектакли. Почему бы и не прямо завтра? Мало ли когда в следующий раз получится.
-Получится-получится, и наверняка очень скоро. А мне ничего не надо, просто переночевать на нормальной кровати, поесть, да душ принять!
-Будет! Всё будет. Сегодня и завтра мы всё подготовим. Каюту для тебя, ужин, развлечения и всё такое. Потерпи до завтра, всего одни сутки, и ты нас не узнаешь! – он немного помялся. -Я тут хочу кое-что прикупить, это будет сюрприз, специально для завтрашнего ужина. Только у меня счёт заморожен.
-Без проблем! Я распоряжусь разрешить один платёж, -неужели взятка? Посмотрим, посмотрим.
Бывают и лёгкие дни в нашей работе. Весь день я я провёл на своём катере. Уже можно было посетить их центральную секцию для инвентаризации, но Семёновы развернули там такую бурную деятельность, что я решил не мешать. Похоже, они делали подмостки для спектакля или чего-то в этом роде. Ладно, ради дела можно и перетерпеть одно любительское представление. Ну и каюту для меня готовили. Локатор не показывал подозрительных перемещений оборудования, да и катера были на месте, так что я был спокоен.

День 5
Похоже, они готовились всю ночь. К утру центр фермы было не узнать. Везде громоздились вытащенные из воды понтоны, ящики, надстройки и пристройки. Многовато для одного спектакля. Я, забеспокоившись, проверил локатор. Маяки на всём дорогом оборудовании подавали сигналы с прежних мест. Ближайшие ветряки, плантации и солнечные батареи, которые можно было разглядеть через этот бедлам, выглядели как обычно.
Один из пацанов притащил варёного краба. Час я провёл в состоянии, близком к медитации, поглощая краба. Но я твёрдо решил проверить пройтись по ферме ещё раз. Что-то подозрительно активно Семёновы себя вели. И эти перестройки неспроста.
Я нашёл Семёнова и мягко, но настойчиво попросил объяснений.
-Да ничего особенного, — громогласно, но дружелюбно ответил он. – Просто у меня характер такой, если возьмусь за что-то, обязательно делаю всё как следует. А когда начали подготовку к вечернему развлечению, обнаружили мелкие протечки, трещины и всё такое. Решили заодно всё подлатать. Не волнуйся, Игорёк, к вечеру управимся. И ферма станет как новенькая, всем же от этого лучше будет.
-Можно я пока тут похожу, проверю что к чему?
-Ах, да, инвентаризация. Ты же ещё не проверил нашу центральную секцию. Конечно проверяй. Андрейка! Покажи дяде Игорю трюмы и оборудование.
Сначала пацан показал аккумуляторные помещения. Все четыре. Маховики на магнитной подвеске, заключённые в вакуумные корпуса, выглядят совсем не впечатляюще. Но стоят они – ого-го! А у Семёновых их было целых четыре, размещённых в разных углах секции. Из-за гироскопического эффекта сама секция практически не качалась на волнах, только едва заметно ходила вверх-вниз. Маховики запасали энергию не только от ветряков и солнечных батарей. Пацан показал мне преобразователи энергии волн, которыми он, видимо, гордился. Какое-то нестандартное оборудование, совершенно не добавляющее стоимости ферме. Придётся потом тратиться на их демонтаж и утилизацию. В другом помещении, дистилляторной, я понял, зачем им столько энергии. На этой ферме не просто дистиллировали воду, но и очищали получившуюся соль, что приносило им небольшой, но стабильный дополнительный доход. Также много энергии потребляли синтезатор пластика, ферментатор и ректификационная колонна для спирта. Ещё у них была небольшая гидропонная плантация, спрятанная от превратностей погоды во внутренних помещениях. А когда я услышал квохтанье кур, удивляться уже не стал.
Проведя несколько часов в трюмах, я пришёл к очень тревожному выводу. Эта ферма была самодостаточной. Единственное, что ей требовалось – это запчасти для механизмов. Но всё выглядело очень надёжным и хорошо ухоженным, поэтому Семёновы могли бы прожить долгие годы, совершенно изолировавшись от поставок с суши. Они могли прямо сейчас сняться с места и попытаться уйти. Именно такие фермы пополняют всё растущее население «Вольной Морской Страны», как они сами себя называют. По сути это интернациональное сборище отщепенцев, пиратов и прочих бездельников, которые не хотят поддерживать экономики своих родных стран. А эти страны так нуждаются в продовольствии, чтобы прокормить и обеспечить всё растущее, несмотря на предпринимаемые меры, население. На всякий случай я решил запросить пару помощников, чтобы завтра они прибыли и подстраховали меня.
Направляясь к катеру, я увидел, что прибыл заказанный Семёновым «сюрприз». Я ещё тешил себя надеждой, что они решили дать мне взятку, чтобы я помог оставить им ферму. Остановившись, я увидел два огромных ящика. Не катер. Я вздохнул. Взятки обычно оставляли тем сотрудникам, которые добросовестно доложили о попытке подкупа, а я мечтал о собственном катере.
Рассмотрев маркировку и надписи на ящиках, я побежал к передатчику. Всё встало на свои места. Какой я идиот! В одном ящике был мощный электродвигатель для перемещения морских ферм, в другом – универсальный цифровой станок, позволяющий изготовить любую деталь из металла, пластика, чего угодно. С таким двигателем и запасами электроэнергии ферма могла передвигаться очень быстро и далеко. К тому же я понял, для чего были все эти приготовления – под прикрытием беспорядка они улучшали обтекаемость фермы, чтобы поднять скорость передвижения. Шансов у них конечно же не было, но сам факт попытки угона – это очень плохо для меня. Нужно срочно вызвать патруль.
Старший сын Семёнова преградил мне путь. Хоть и вдвое младше меня, но уже намного крупнее и сильнее, он заявил:
-Ты пойдёшь со мной. Я покажу тебе кое что.
-Никуда я не пойду. –я нащупал кобуру. –Я уже всё видел. Пропусти или…
-Или что? –недобро улыбнулся недоносок.
-Или вот что! — я достал пистолет и ткнул им в его грудь. -Не вздумай дёргаться, я при исполнении, имею право.
И тут я похолодел. Пистолет стал чуть легче, баланс изменился. Разряжен!
Позже, в какой-то кладовке или трюме, у меня было время догадаться, как пистолет оказался разряженным. Старший Семёнов, видимо, был очень ловким. Он вынул пистолет, разрядил его и засунул обратно, когда вчера лицемерно обнимал меня, изображая дружбу. Вот змей! После нескольких томительных часов, около девяти часов вечера он вошёл в мою каморку.
-Мы уводим ферму. У тебя два варианта. Первый — ты остаёшься в этой кладовке, пока мы не выберемся в безопасное место. Второй — ты показываешь все передатчики на своём катере, мы их ломаем, и отпускаем тебя восвояси. Когда ты доберёшься до порта, мы будем уже далеко.
-Ты не понимаешь. На ферме есть маяк, он передаёт вашу позицию на центральный пульт. Как только вы приблизитесь к охраняемой зоне, патруль перехватит вас.
-Не держи меня за идиота. Я всё это знаю и принял меры.
-Какие?
-Если я скажу, то у тебя уже не будет выбора, придётся тут остаться. Тебе всё ещё интересно, или нет?
Надо отдать ему должное, он хоть и дурак, но решил подстраховаться и не раскрывать всех карт. А для меня сейчас важно предупредить патруль, чтобы они соблюдали особую осторожность при задержании.
Я согласился показать им все передатчики, конечно же утаив один из резервных. Дураков надо наказывать, используя их же глупость. Они сломали указанную аппаратуру, но не тронули локатор. Я остался один на катере, а ферма сразу же и довольно быстро ушла в темноту.
Прокол, серьёзный прокол. Но даже проигрывать надо так, чтобы минимизировать ущерб. Я немедленно сообщил на базу патруля об уходящей ферме 115-32, предупредил о необходимости быть осторожными и посоветовал выслать все катера, которые у них есть. Лучше подстраховаться. Надеюсь, патруль решит пустить газ. Это позволит избежать повреждения фермы и потерь среди патрульных.
Когда локатор показал, что ферма остановилась, я дал полный газ в том направлении. Надо освидетельствовать ущерб и принять командование. Приближаясь, я несколько раз сообщил, кто я такой, чтобы меня не приняли за угонщика.
Патрульные действительно использовали усыпляющий газ и десантировались на ферму, которая не сбавляла ход. Все помещения оказались пусты. Десантники нашли пустую рубку и отключили двигатели. Я никак не мог поверить, что на ферме никого нет, и настаивал, чтобы они проверили всё ещё раз, пока не развеялся газ. Пока патрульные искали семейку, я решил проверить, на месте ли оборудование и катера, в темноте издалека самому проверить это было невозможно.
Локатор показал, что пока меня держали взаперти в трюме, Семёновы несколько раз куда-то отправляли катера. Мне нетрудно было установить, что они ездили к ферме 102-13, там тоже есть маяк. Возможно, перевозили украденное. Сейчас все катера были там, а ферма 102-13 двигалась к границе! Последний рейс катера от фермы Семёновых к 102-13 был уже после того, как я вызвал патрульных! Они меня обманули, использовали свою ферму для отвлечения, а сами перебрались на другую! А я, дурак, увлёкшись погоней за фермой, не следил за маяками их катеров!
Патруль умчался на перехват. Семёновы очень грамотно выбрали направления движения для обеих ферм. Они заставили патрульные катера второй раз пересекать практически весь залив. А такие скоростные машины имеют ограниченную дальность хода. Возможно, они надеялись, что патруль надолго задержится тут, разыскивая их. Но они по своей глупости недооценили меня и запас топлива у патруля. У них нет шансов, их догонят.
Я остался один на ферме 115-32. Очень грустно. Хоть я их и переиграл, предпринятая попытка побега, вызов патрульных, полнейший беспорядок на вверенной мне ферме, захват посторонней фермы – вряд ли это положительно скажется на моей репутации. В полной прострации я пошёл в рубку, чтобы направить ферму вглубь залива.
Тут из скрытых ниш, как черти из коробочки, повыскакивали сам Семёнов с сынишками! Они наделали себе укрытий среди всего беспорядка и сидели там в противогазах! Есть ли предел подлости?! Даже если бы я перезарядил пистолет, они не дали мне ни единого шанса, налетев со всех сторон и вывернув мне руки.
Опять я на катере, на этот раз без передатчика, но с Семёновым, который слушал приёмник, настроенный на частоту патруля. Семёнов выжидал, пока патруль не настиг 102-13. Наконец патрульные сообщили, что нашли там только связанных управляющего и ремонтника и лишь один катер с кучей моих маяков на нём и на причальной секции.
-Теперь у тебя действительно есть выбор, — добродушно сказал увалень и быстро перешёл с катера на свою ферму.
Тут же 115-32 на всех парах пошла в отрыв. Через несколько минут патрульные засекли их и двинулись на перехват. Но я понимал, что это бесполезно. С добавочным двигателем и запасом энергии Семёновы успеют уйти достаточно далеко, чтобы патрульные катера заглохли из-за кончившегося спирта. Вряд ли на 102-13 осталась хоть капля топлива для дозаправки, эти коварные пираты наверняка его слили заранее.
Вскоре точки на локаторе, обозначающие патруль, остановились, а 115-32 продолжала свой путь. И тут же десятки других точек, обозначающих фермы, разбросанные по всему заливу, начали движение в открытое море.
Остаток ночи я следовал за фермой на расстоянии и наблюдал за этой вакханалией человеческой подлости с чувством обречённости, один я ничего не мог поделать. Ближе к утру отметки стали одна за другой пропадать с экрана. Они научились снимать маяки с двигателей. Да, эта командировка добавила мне много ценного опыта. Только вряд ли он мне пригодится. Карьера погублена. Когда вернусь, я буду остаток жизни сидеть на пособии, есть безвкусную пластиковую кашу и глотать дешёвую выпивку.
Но у меня ведь действительно есть выбор: на сушу — в тьму и прозябание. Или в открытое море, к тонкой полоске зари и силуэту фермы на горизонте. И я выбрал свет.

Автор: Alkhimich

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

4 + девять =